Конституционный суд РФ признал законность отмены с августа 2010 года нормы о максимально допустимом уровне содержания алкоголя в крови водителя. Такое решение содержится в определении суда, которое отказало в рассмотрении жалобы на «сухой закон». Данный документ попал в распоряжение газеты  «Коммерсантъ».

В августе 2010 года в России вступили в силу поправки, которые изъяли из статьи 27.12 Кодекса об административных правонарушениях примечание, согласно которому под состоянием опьянения подразумевалось наличие в организме водителя этилового спирта в концентрации более 0,3 грамма на один литр крови или 0,15 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха. Это допущение появилось в Кодексе в 2008 году. Планировалось, что оно должно было привести российское законодательство в соответствие с Венской конвенцией о дорожном движении от 1968 года, ратифицированной еще Советским союзом. По соглашению, страны-участницы конвенции обязаны прописывать в своем законодательстве нормы содержания алкоголя в организме водителя.

Как пишет газета, жалобу на отмену «сухого закона» в Конституционный суд направил житель Московской области Денис Асауляк. Зимой 2011 года он был остановлен сотрудниками ГИБДД и отправлен на медосвидетельствование, которое установило наличие в его крови 0,058 миллиграмма алкоголя. Как говорится в жалобе водителя, если бы в России действовали нормы конвенции, то он не был бы наказан. Почему в крови Асауляка был обнаружен алкоголь, его адвокат Лев Воропаев объяснить корреспонденту «Коммерсанта» не смог.

В своей жалобе житель Подмосковья ссылается на статью 15 Конституции России, согласно которой «международные договоры РФ являются составной частью ее правовой системы», а если ими «установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора». Однако Конституционный суд не согласился с водителем. «Оспариваемые положения закона, отменяющие нормы, регламентирующие допустимый уровень содержания алкоголя, не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права граждан, – говорится в документе. – Такому решению не препятствуют положения Европейского соглашения, дополняющего Конвенцию о дорожном движении, на которые ссылается заявитель, поскольку они направлены на повышение безопасности международного дорожного движения».